Посланец Сталина в Урумчи

В июле 1942 года в Урумчи прибыл посланец Сталина Деканозов. В нескольких беседах он пытался образумить Дубаня и восстановить хорошие отношения. Но Шен Ши-цай заявил, что он хочет выйти из ВКП(б). В конце он обозвал СССР агрессором и сообщил удивленному Деканозову о своем желании удалиться от дел и стать философом. В качестве своего духовного идеала он привел пример Гегеля, который много сделал для человечества. Стал ли он впоследствии философом — неизвестно. Пожелав Деканозову счастливого пути, Шен Ши-цай приступил к более решительным действиям. 5 октября 1942 года он послал меморандум Советскому правительству, в котором потребовал отозвать всех советских специалистов, гражданских и военных, а также убрать из провинции весь воинский персонал в течение трех месяцев. Это уже был открытый разрыв. Дубань прекрасно понимал, в каком положении находится СССР. Генеральный консул Пушкин пытался выиграть время, оттянуть вывод войск, но глава Синьцзяна настаивал на своем, прекратив снабжение советских войск, расположенных в Хами и Урумчи. Кроме того, он начал готовить воинские части для возможных военных действий против Красной армии. Все это не укрылось от глаз советского консульства. 26 октября Пушкин сообщил, что советские войска будут выведены в шестимесячный срок и договор об аренде оловянных рудников остается в силе. Но Шен Ши-цай настаивал на разрыве договора и немедленном выводе войск. В это время поступило сообщение, что 20 танков пересекли китайскую границу в районе Хоргоса и движутся к Цихо. Шен Ши-цай потребовал остановить это движение под угрозой атаки со стороны китайской армии. Танки были выведены по приказу советского военного советника Летова.

Впоследствии пришлось выполнить все требования, изложенные в меморандуме, хотя в срок, указанный в нем, не уложились. Вывод войск затянулся до 1943 года. Произошел полный разрыв отношений. Граница была закрыта для торговли, что тут же сказалось на уровне жизни населения. Контрабанда пресекалась самым жестоким образом. Так, например, казака Лапкина из поселка Чимпанцзы за мешок контрабандной пшеницы просто разрубили на части китайские солдаты. Исчезли книги и учебники для школ. Пропала одежда и т.д. Шен Ши-цай торжествовал. Он попросил передать Сталину, что теперь у него есть непримиримый враг. Естественно, бросить все на произвол судьбы для Советов было решительно невозможно.
Первыми почувствовали на себе решительное изменение в политике казахские джигиты Оспан-батыра, которые в тот момент прятались от китайцев в районе озера Танкуль. В этом же месте состоялась встреча представителей Монголии, одного русского по фамилии Осипов и казаха, которые от имени МНР пообещали поддержку Оспан-батыру и установили таксу для поставляемого оружия: 1 лошадь = 1 винтовка и 100 патронов. Так что война войной, а бизнес как обычно. Воспрянувшие духом казахи так ретиво взялись за дело, что при поддержке монголов вырезали всех китайцев, невзирая на пол и возраст, установили контроль над всей территорией Алтайского округа за исключением самого города Шара-сумэ. В Ижисейском же районе репрессии против молодежи, выученной в просоветских школах, приняли такой массовый характер, что часть их сбежала в Казахстан, а остальные попрятались по горам, внося смуту в уйгурские головы. Наиболее активная группа образовалась возле поселка Нилка, в ущелье Латой. Она состояла из двадцати человек, из которых семеро были русскими.

Группа развила настолько бурную деятельность, что после серии нападений на китайские патрули ей удалось в октябре 1944 года занять Нилку и захватить арсенал Нилкинского гарнизона. Во главе этого отряда стал уйгур Ахмеджан Касимов. Тем временем в Алма-Ате был организован комитет по освобождению Синьцзяна. В самой Кульдже образовалась группа людей во главе с Фатеем Лескиным, которая выехала в Хоргос для встречи с генералом Полиновым, выпущенным к тому времени из сталинских лагерей. Полинов снабдил этот отряд из сорока человек 250 винтовками германского производства и листовками, напечатанными в СССР, с призывами свергнуть тирана Шен Ши-цая. Эта группа вернулась в окрестности Кульджи, ожидая дальнейших событий. Вообще просчитался Шен Ши-цай жестоко. Уже в 1943 году советская армия перешла в общее стратегическое наступление, а власть самого Шен Ши-цая стала уходить у него из рук и постепенно переходить к Гоминдану. После успешного японского наступления в 1944 году, когда положение Китая достигло наихудшей точки, дубань созвал членов совета Гоминдана на митинг в Урумчи и арестовал 300 человек, обвинив их в заговоре. Затем он обратился с просьбой к Сталину об оказании провинции военной помощи против Гоминдана, но верить ему уже перестали. 29 августа 1944 года он был назначен министром сельского хозяйства и увезен в Чунцин. Больше в Синьцзяне его не видели.

Источники
1. Туркестанские волнения. Айчен Ю. На англ. языке.
2. Синьцзян: обуза или основа. Шен Ши-цай. На англ. языке.
3. Полет Большой лошади. Свен Хедин. На англ. языке.
4. История Синьцзяна. Чен Жак. На англ. языке.
5. Джордж Хантер. Кейбл Милдред. На англ. языке.
6. Личные воспоминания И.А. Кучеренко и А.Ф. Серикова, записанные автором.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *